черные пятна на моей душе
расползаются, разбредаются
колышатся
стонут
черные точки гниения
там, где было мое сердце
колеблется, шевелится
белый трупный червь
зеленоватая слизь
а ведь это тоже я
хочется сорвать с себя
эту гниющую сетку
скинуть ороговевшую кожу
но я не ящерица
и никогда ею не стану
я даже не птица
и не птеродактиль
хотя мои мышцы порою
сводятся резкими судоргами
и я совсем не камень
запущенный с высоты
полета того самого птеродактиля
которым я все еще не являюсь
я не ребенок
протягивающий розовые ручки
к улыбающимся глазам
своей суррогатной матери
я больше похожа на красный мох
что стелется по поверхности тундры
или на гриб
рьяно расбрасывающий споры
в талую воду от замерзшего снега
это все мои мысли
возможно я паук
что плетет паутину хрупких образов
мыслеформы материализуются
и начинают въедаться в мозг
теми самыми белыми червями
один из которых съел мое сердце
это даже интересно
знать, что у тебя нет сердца
и что скоро кто-то липкий
доест и твою душу
это прикольно
и я улыбаюсь
улыбкой безликой
парализованной джоконды
на холсте безумного
уже ушедшего
автора
я нарисовала свой образ
на ткани зыбкого пространства
он колышется и тает
вместе с ним испаряюсь я
стоит лишь подуть ветру
и я хочу стать ветром
в следующий раз
и в следующей жизни
я прийду в мир
как раз в его образе
я буду лететь над пустынями и городами
и нежно касаться губами
твоей щеки
щеки того
кто в этом разъединении
первым вкусил
частичку моего
тогда еще трепещущего
сердца